Суббота, 23.09.2017, 10:20
Приветствую Вас Гость | RSS

ЖИВАЯ ЛИТЕРАТУРА

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 3 из 6«123456»
Форум » Архив форумов » Архив номинаций » Номинация "ПОЭЗИЯ" сезон 2011-2012 гг. (размещайте тут стихотворения, выдвигаемые вами на премию)
Номинация "ПОЭЗИЯ" сезон 2011-2012 гг.
stogarovДата: Вторник, 28.02.2012, 22:41 | Сообщение # 31
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 31

***

Я иду в простой сорочке
по чудовищной стране,
мугендувэд на цепочке,
ексель-моксель на ремне.
А вокруг дают мне фору
разобщенные слова,
сын – летающий который,
дочь – которой не бывать,
разноцветных шляпок гроздья,
истуканов череда,
посеребренные гвозди,
зараженная вода,
обрезиненные лики,
незасохшая лоза...
– танец, схваченный на крике,
и прервать его нельзя.
Так ведь я не прерываю,
только знаю: это ложь.
Так танцуют лишь трамваи,
да и то, когда бухнешь,

***

– Как тебе живется?
– Смутновато.
– Это потому, что не вдвоем...

Прилетали Эрос и Танатос,
щебетали каждый о своем,
бог и бог,
на крыльях стрекозиных,
им не попадайся на глаза...
(Путь земной пройдя до середины,
повернул и зашагал назад.)

– Как тебе живется?
– Мне живется
так, как в окружающих домах.

...Вон еще один крылатый вьется.
Вон еще...
Их тысячи!
Их тьма!

Музей

Герб мой присоленный, твёрдый сплав - Тавроготика,
крымская степь, красная матерь-владычица!
Рыба, ошалевая, в известняки тычется,
словно полуденный памятник моей зачумленной гордости!

Рядом с огромным материком, бронеколёсной глыбою
маленький Крым-велосипед, полупрозрачный, чванится.
Каменеют рога вперемешку с двойными рыбами.
В горном котле крепчайшее время варится.

В нём красновато распались стыд и любовь, которыми
пористый чуткий пляж инкрустирован наскоро...
Колыбель костяная, нагретый прибор истории,
каплю лилового сока отдай мне, ласковый!

СЛОЖНАЯ БИОГРАФИЯ КАТУЛЛА

***
Гай Валерий, не ходи на званый вечер.
Лучше дома поработай над поэмой.
Эти встречи, эти речи, эти плечи...
Эти тени под глазами...
Эта тема...

Я любил её не так, как все, иначе.
Я люблю её, мою любовь не выжечь.
Я люблю её и о прошедшем плачу.
Я любил её и потому не выжил.

Гай Валерий, знаешь сам, ты очень болен.
Ты, как рыба без воды, без этой рыжей.
И куда ты, Гай, туда и боль с тобою...
Я люблю её, дрyгих в упор не вижу.

Я растратил свой талант на пыль и плесень.
Мы, поэты, препаскуднейшие люди.
(Ты – прохлада, ты – источник среди леса...)
Прокажённые, и нас никто не любит.

Я люблю её.
Люблю и ненавижу.

***

Сияет под одеждой нагота
любимой – он завидует одежде.
А вот улыбка... нет, уже не та,
что раньше, в прошлом, до разрыва, прежде...

Синонимы – пунийские слоны –
сознания и спектра лишены.

Её лодыжки... Боже – слепоты!
Ну, на худой конец, хоть катаракты.
Зачем Ты создал Клодию?!
– А ты?
Зачем ты создал «Аттиса»?

Вот так-то...

Жизнь, вынырнув из снов, спешит в слова.
«Верни тетрадки, сука!»
Черта с два!
 
stogarovДата: Вторник, 28.02.2012, 22:43 | Сообщение # 32
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 32

* * *

“Глоток вина смягчает сердце”, –
сказал мне так седой цыган.
Он с уха сдернул полумесяц
и уронил серьгу в стакан.
Мы были с ним знакомы с детства
как мальчик с девочкой… И что ж…
Глоток вина смягчает сердце
и в сердце входит, словно нож.
Мои вы белые цыгане,
седые до корней волос,
ведь я была любима вами,
как ландыш дикий у колес.
Дитя, подкинутое Богом,
белей беленой конопли.
Собрали мне судьбу по крохам
и на бездомье обрекли.
И стало мне родней бездомье,
чем тот сгоревший отчий дом.
Есть теплый пепел на ладони
в рукопожатиии моем.
И тот, кто руку не отдернет,
к губам ладони поднесет –
он, как в пылающий терновник,
в судьбу мою навек войдет.


***


Притчи птицы Феникс тем и хороши,
Что не всем понятны.
Всякий пепел мира для ее души -
Родимые пятна.
Чем пониже пепел тот к земле приник
Тем и животворней.
Вот стоит, шатается пьяненький старик,
Курит на платформе.
Ждет он электричку.
Едет до Тайнинской.
Зажигает спичку,
Говорит таинственно
С маленькой старушкой,
Прикурившей рядом:
“Хоть чучелом, хоть тушкой -
А лететь-то надо.”
Стряхивают пепел,
Шепчут: свят-свят-свят...
И во чистом небе
В Индию летят.

* * *

Все восемь блаженств ей садились на плечи,
Как птицы, клюющие сердце и печень.
Она же лишь клетку пустую везла
И два за спиною простынных узла.
Он был в этой клетке по счету восьмым,
И пил он, и ел ее слезы, как дым,
И ныл, аки янгол, до самых Мытищ,
Что жаждущ, и страждущ, и духом он нищ.
А после он допил все капельки слез,
И вышел, и клетку пустую унес.
Ее разбудил на рассвете старик
И крикнул, что поезд загнали в тупик.
Тогда она ношу зубами взяла
И два развязала пустынных узла.
И руки свои вознесла к небесам.
И молвил оттуда рожденный ей сам:
Блажен же ты будешь рожденный в пути,
Которому некуда больше идти,
Которому некого больше любить,
И чью пуповину, как будто бы нить,
Старуха в сожженной деревне сучит
Из тех пепелищ, где не птица кричит,
А восемь блаженств, никого не найдя,
Все плачут и плачут, как будто дитя.

* * *

Больше не называясь
Словом одним на всех,
Я - говорит - живая,
Словно последний снег

На рукаве того, кто
В этот подъезд вошел.
Куртка его намокла,
Волосы, словно шелк.

Он их со лба откинул,
Руки поднес к лицу,
Словно увидел глину,
Или, верней, пыльцу

С крылышек мотыльковых -
Вот же она... и вот...
Были мы незнакомы.
Что же который год

Это моя тревога
Влагою на стекле,
Корка - за ради Бога -
Черствая на столе.

Не отщипнуть и крошки
Жизнь чужой - чуть-чуть...
И не на свет в окошке,
Не на свечу лечу,

Лишь на его слова я,
Будто бы на огонь.
Он говорит - живая,
Вот она... только тронь.

* * *

С полным доверием к миру
На ничего взамен,
Не запирая квартиру
В доме без крыши и стен,

Ключ мой в замочной скважине,
Словно зерно пророс...
Только вот это и важно мне,
А не пустой вопрос:

Кто там за этой дверью
Примет мой плащ впотьмах
С эхом сердцебиенья
В складках и рукавах.
 
DolgovДата: Среда, 29.02.2012, 13:17 | Сообщение # 33
Генерал-майор
Группа: Администраторы
Сообщений: 266
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник № 33

ЛОГИ

60--70--80—90—00-е

монолог гения с самим собой

ты говоришь: не в этом дело
и повторяешь: нет не то
высокопарное всецело
лишь некто нечто и ничто

ты говоришь: какая ересь
и удивляешься уму
попробуй жить не разуверясь
доверься сердцу своему

слова не трать в пустой отваге
не можешь их держать внутри
сам напиши их на бумаге
потом безжалостно порви

но если скажешь: это трудно
иль это выше моих сил
не приходи ко мне и нудно
не объясняй зачем ты жил

монолог Раскольникова

постоянное чувство сосущей тревоги
будоражит меня изнутри
мне знакомы все люди, их лица, дороги
я брожу от зари до зари

засыпаю на миг чтоб очнувшись воочью
вновь увидеть безжалостный сон
моя жизнь - только замкнутый перечень точек
весь мой быт – чей-то грязный притон

в нем я – жалкий оборванный нищий
подаянья прошу у зевак
а в душе у меня как на старом кладбище
запустение, холод и мрак

исповедь прохожего

- разве даром я жил
если так уставал на работе
что хотелось
без лишних слов
лечь
посреди мостовой
и лежать без движенья
лежать не вставая
целых триста секунд
целых триста мгновений
подряд

[плач]

- не придумаете хуже
хуже не бывает
я лежу в огромной луже
ветер завывает

каждый шорох отдается
дрожью в тишине
все мне кажется крадется
смерть моя ко мне

и не хочется во мраке
ни скулить ни ныть
как же быть больной собаке
как ей дальше жить?!

Он

- оставь, оставь или убей
оставь, оставь меня!

А он шёл с ношею своей
молчание храня.
Дыша, как загнанный олень
он шел через тайгу.

А за спиной хрипела тень:
- я больше не могу....
зачем вдвоем нам умирать,
пусть лучше я, один.

Он только выдохнул: молчать
И тише: сукин сын.
 
DolgovДата: Среда, 29.02.2012, 13:36 | Сообщение # 34
Генерал-майор
Группа: Администраторы
Сообщений: 266
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник № 34

Удается

Я учусь говорить без слов и смотреть без глаз.
И на самом-то деле так легче дойти до сути.
А хромая зима лишь на малую треть бела.
Если верить церквям, то здесь каждый из нас подсуден.

Если верить соседям, то каждый из нас бандит.
Если слаженным СМИ - каждый пятый на свете лишний.
Но мне кажется, небо дает нам любовь в кредит,
А взамен просит веру в себя, и в тебя, и в ближних.

И я вижу в них свет, искру Бога внутри узнав,
Посреди пустоты и надуманного болотца.
А зима зеленеет, точнее почти весна.
Я учусь чудесам. И, мне кажется, удается.

Харьков

День уходил в забытьё, вороньём прокаркав.
Вечер стелился по крышам сухой треской

Мама, ты знаешь, я просто влюбилась в Харьков!
В эти фонтаны, в Зеркальную на Сумской!

Мам, этот город влетает фонарной стаей,
Бьёт в межреберье, как в нос пузырьки ситро,
Каждой доминой корнями в тебя врастает,
Каждым билетом, жетончиком на метро.

Мам, он, бывает, щетинист, почти ехиден –
Ключик к нему попробуй-ка подбери.
Мам, ты представь, Маяковский читал стихи здесь
Те, что мечтательно слушала Лиля Брик.

Мам, этот город зовёт, как русалка в воду,
Шёпотом манит: «Ты мимо не проходи…»;
Греет в ладонях, а после их резко сводит,
Лицами улиц улыбчивых пригвоздив.

Мам, этот город цепляется каждой аркой,
Пристальным взглядом из каждой своей двери.
«Рим, в общем, чем-то уж очень похож на Харьков», -
Чехов кому-то когда-то проговорил.

Вот я иду вдоль осеннего Лесопарка.
Легких для вдоха так мало, почти впритык.

Впрочем, весь мир, мам, наверное, тот же Харьков,
Только с различным параметром широты.

А пока…

Утро с прищуром целует в веснушки. Лето.
Мама в косички вплетает тепло и ленты.
Завтрак - омлет, галеты. И сандалета
Где-то запряталась. Выбежишь босиком.
Лето не пахнет, лето благоухает
Спелой малиной, мамиными духами.
Мчишься по улице, лето в себя вдыхая.
Смотришь сквозь челку бесхитростно и легко.

Небо за крыши цепляется облаками.
Лето порывистым ветром тебя арканит.
Август кладет тебя в пасть свою пеликанью.
Скоро рябина доспеет до сочных бус.
Ну, а пока ты срываешь с соседской груши
Сладость свободы, испачкав лицо и рюши.
И, отдаваясь природе своей зверушьей,
Делаешь все по желанию - наобум.

Завтра ты станешь взрослой. За школьной партой
Тетя расскажет, что мир разделяет карта.
Что чудеса - это просто модель стандарта
Точных, доказанных опытами наук.
Ну, а пока небом дышится васильково.
Мир не разбросан, не сломлен, не забракован
Тетей с указкой и дядей в большом толковом.
Зелен, песочен, светел и большерук.

Ну, а пока ты уверена: люди - боги.
Ты еще знаешь счастливых, неодиноких.
Пыль, поднимаясь, целует босые ноги.
С каждым мгновением в жизнь открываешь дверь.
Скоро ты вырастешь, станешь чуть-чуть взрослее.
Мир тебе выставят лгущим и злым. Теплея,
Вечер весенний прошепчет, как здесь тебе я:
''Только не верь им, пожалуйста! Им не верь!''

Ось

Листья скитаются тайнами по росе.
Целен лишь тот, кто хорошими принял всех.
Вот я стою, небывалой длины отсек.
Кто я, непринятый землями одиссей?

Ось ли я, если небо сняло засов?
Ось ли я, если небо меня взасос?
Ось ли я, если небо - на мне лассо?
Если я с ним привыкшая в унисон?

Вот я стою. Я без пояса и боса.
Мне не нужны ни степень, ни чин, ни сан.
(Я вам не верю, гнусавые голоса.
Вас я отсюда вычеркну, дописав.)

Вечер чернилен, но звезды его овсят.
(Бесы бессильные бейте своих бесят.
Вам от меня здесь ни помощи, ни присяг.
Было мне больно, да боли исток иссяк.)

Сальный туман между стеклами ивасёв.
Вот я стою, перевесив ''ничто'' и ''всё''.
Город разрушен, но праведный мир спасён.
Вот я, вселенная, истинный новосёл!

Вот я стою, словно выстланный сном фасет.
Лес полулыс, полувесел и полусед.
Ось - это самое важное в колесе.
Ось - это точка в ноле без числа лексем.

Вот я стою. Между стеклами конденсат.
Серый асфальт полусонен и полосат.
Я им не верю, ни датам, ни адресам.
Бесы досадуют - некого искромсать.

Все, чего хочется, сбудется. Не проси.
Вот я стою, небывалый жилой массив,
Рощами взрощенный солнечный апельсин.
Ось от Вселенной. Вселенская Ось Оси.

Я недавно узнала, что в мире важней всего

Вот декабрь распластался и сделал большой зевок.
Он сегодня позирует камере в стиле ню.

Я недавно узнала, что в мире важней всего.
И с тех пор это знание в сердце своем храню.

Вот зима пешеходствует в странном своем родстве
С изумленными буквами вывесок и реклам.

У меня к нему, знаете, музыка, небо, свет.
У меня к нему очень теплый душевный сплав.

Подворотни глазеют, как призраки из углов.
Перекрестки целуются, улицы совместив.

Что-то доброе-до... между ребрами залегло
И пытается спрятаться в новый нескладный стих.

Ветер лижет доску - объявления, как бинты.
Лужи в ноль заживают без всяких цветных пилюль

Там, где шепотом хочется выдохнуть слово ''ты''
И ему уходящему в спину сказать ''люблю''.

Окна зданий таращатся, зырят на мир совой.
Дверь вагона откроется, жалуясь и бурча.

Я недавно узнала, что в мире важней всего,
Но все чаще и чаще стараюсь о том молчать.
 
TashaДата: Среда, 29.02.2012, 14:26 | Сообщение # 35
Рядовой
Группа: Пользователи
Сообщений: 2
Репутация: 0
Статус: Offline
Участница номер 35

(1) День 13 числа
2011 апрель...5 число

Утрирую редко, сбрасывая пелену
Шок внутри, снаружи слезы
Я и еще раз я, пожирая рекламу сладкой жизни.
В переполненной ванне тонет желтый гадкий утенок
Заснуть бы, но, С-Т-О кнопок
Быть незапачканным, давая сдачу за пачку сигарет
Синий рукой, зато жИвой, за цену тепла, дрожащей рукой, вывожу слова.
На груди кресты, а психозы внутри
Перекопана душа, запоздалые слова
Продрогший свитер, ломанный ритм би – бип – би – бип.
Свобода души, звенящая пустая мгла, пожирающая меня, пока я горю на алтаре желаний.
Честной народ, совесть запрет, кружась со мной в своеобразном танце, вместе со змеей
Буйные глаза
Первый розовый снег
Желтые слезы
От перемены слагаемых боль в слезах.
Фальшь на шоколадке, грубый тон, пророщенные из бисера деньги.
Небо и земля, кружась, в экстазе
Записали демо, для страсти поцелуя.
Гнев, радость
Это хаус.
Микки маус, давай, спеши себе в свой тУпой сериал.
Пожизненно в своих игрушках
Строгий закон делить, все, почти поровну.
Врачи сказали, жить будет
почти...без глаз своего отечества.
Никого не подпущу…
Одержим своей импотенцией.
Знакомые знаком сигнализируют.
Потерянный город стал перед моими глазами.
Пока я топил руки в ванной,
прыгал со скалы своих свершений
Мне плевать, надо только...поесть немного металла.
Тебя сама не превозношу
и часть меня забыла, наконец,
остатки души, потерянной еще в раннем детстве,
по – пьяни, не помня с кем, зато на диване, в каком-то клубе дорогого ресторана.
Переглянись с Богом,
Заезжай за мной на Мерседесе, пока я пьяна
Обжигающий кальян, я плачу, сидя и смотря на себя в зеркало.
Безмолвные псы, псины и электричество, что ....
Да, какая разница....
Мы одиноко поедаем в макфаке свой бутерброд, и знаем,
что игрушка, шаловливой рукой, будет вынута, и достанется какому-нибудь ребенку, из обычной семьи.
Потом мы уйдем, и я снова буду на мели,
Пьяная, от стыда сгорающая, от холода промерзшая, до костей.
Я поедаю булку, зеленый от новостей, про своего товарища, который скончался, и, от чего бы вы думали?.....нет, не от кокса, а от отсутствия души, когда он, в пьяном угаре, выпрыгнул в окно, он сказал, скажите маме, что я ее люблю...Не буду в полночь, и переступил порог...навечно, в темноте....зато один, и тогда один....одни, мы вместе, на...навсегда....
Засохла доброта
Застыла рвота
Повесили свои пальто рабочие на фабрике на крюк...давай, скажи....Молчи Кричи, скажи, что я не псих...
Насквозь беспечный мир
Пока....я буду своим среди вас всех.......
.....Карма..... 13 .....

(2) 5 апреля 2011

В душЕ

давай спеши себе в свой любимый
сериал на диване в пятнадцати сериях
про волшебный экран строгий закон
делит все поровну - одно дуракам другое
тем кто в это верит и смотрит
врачи сказали жить будет одержимый своей импотенцией
потерянного города перед моими глазами
мне плевать надо только поесть немного металла почти
без глаз своего отечества
никого не подпущу никого не подпущу
потерянный перед чужими глазами
пока я топил руки в ванной со скалы своих свершений
мне плевать надо только металла немного металла
переглянись с Богом заезжая за мной на мерседесе
с мусорами пока я плачу сегодня за выпивку потому
что я сегодня пьян безмолвные псы псины и электричество что?
да какая разница мы одиноки поедая сериал на диване своего товарища
скажите маме переступив порог навечно в тьму
зато один но навсегда насквозь беспечный
среди своих а не чужих мыслей пока
я буду своим среди всех это карма 13
скользя по шесту вслед за законом
незнакомым лицам за закон каждому кто под кем-то или незачем
с погоном угадай мелодию гаи вне границ с погашенным экраном

(3) *Нойз МС палево* by стич
2011г 9 апреля

Палево, в зале запахло жареным
тьма наступила и Наташа вступила
Ногу об ногу и тихо завыла….
Они не получат меня живьем
сколько бы, не говорили они, пробьем
мы первые места хита и долой Нойз Мс с щитпарада
и, продолжая наш стебный кор, хочу сказать, что он не козел.
Быть звездой важная миссия, это вам не лица ваши кислые.

Да, мне проще приготовить что- нибудь вкусное, чем рассмешить зал с минами, быстрыми в темпе дьявольского вальса, зевающими и скулящими, в такт сломанных стульев, и задать им жару, тем более, тут жара страшная, ну, в общем, это была Наташа.
Знаете, я хочу вам сказать, мне проще почти все у Нойза передирать, потом редактировать и стиль выравнивать, корректировать
Затем что -нибудь включать, как фанеру, и потом сидеть пить чай и жевать конфету, потом, закончив чаепитие, я выключаю звук, и пытаюсь сама прочитать вслух, путаясь с ударением и меняя интонацию, я дочитываю текст, минут так за двадцать

Этот поп проект, что веду я, называть, никак, чем фабрика талантов нельзя. Тут одни девчонки, в моем лице, и меня достали сплетни о моей игре, в общем, разберем сейчас маленький пример, я тут работаю, и бесплатно не ем, только за зарплату маленькую, что получаю от выхода к супостату,
то есть я хотела сказать к врагу, то есть, к микрофону, ой, извините, я переврала, все, сейчас, по - другому скажу.

Скажите, спасибо, что песня маленькая, и меня уже зовут за кулисы, и, сейчас, я пойду куда - то, наверное, в... ой, в общем, не важно это не для вас, я там уже не в первый раз, могу есть все, что хочу и в любом количестве, и качестве, да и читать там стихи в своем ребячестве.
А тут все продажно, одни места с первое по сто пятое, да три ряда, в высь, до трехсот тридцатого, а, в общем, это тоже не так важно, я сейчас сажусь в подъехавшую машину, и улетаю домой, к какому - то кретину, буду баловать его стихами, и поговорками, и угощать его ребенка сказками в пеленках.

давай , давай мс зажигай
давай , давай мс зажигай

Кричали мне, когда я затихла, потом стало тихо, так быстро, что я даже не успела увернуться от ботинка, который в меня полетел,
Девочка, откуда ты? Я не то хотел, ты, что, так выпендриваешься? Совсем обнаглела, иди отсюда вон! Сказало мое бренное тело, я уже совсем исписалась и от меня ничего кроме трех квартир и машины во франции или замка в венеции не осталось
сейчас поеду отдыхать, я в Лондон приеду, сяду к микрофону,надо эту песню доделать, переписать куплет - припев, у нойза содрать, а сейчас я пошла пить чай нойз ты главное про меня не забывай я уже дописала песню а ты
давай свалим все на группу Кирпичи, с которыми ты знаком, и пишешься, а я тут наблюдаю за всем этим с крыши, нюхаю цветочки и жду, когда музыка, кстати, твоя, поставит точку.

давай , давай мс зажигай
давай , давай мс зажигай

Сколько бы не говорили, они, пробьем
мы первые места хита, и долой Нойз мс с щитпарада
и, заканчивая, мой стебный кор хочу сказать, что он не козел.

(4) Скатертью дорога или 4 куплета про Нойз Мс
часть первая

В одном из стихотворений Ивана Алексеева
Строчка легла в присутствии движения его руки
И словаря русского языка
Ванино безразличие к этикету рэпа или хип – хопа
Превратила Стича в Наташу с заднею мыслию
А давай-ка слогом его побьем так же
Как и Ваня до луны пешком дошел?
Друг от друга и того же материала
Факт луна оторвалась от Земли и спутники
в Х раз Жаль - меньше Земной красоты….

Городской фольклор неплохая статистика
Если забить в интернете Наташа Стич
В мне нравится я ставлю сердечко
В гостях моей страницы не меньше тишины….

Спокойствие ничего удивительного
Некогда переехал мой жж особо дома х лет назад
Я подалась в деревню или на дачу

В 1986 я родилась и стала центром Москва
Это был период местных районов и памперсов
Приятелей не было и детской парты я не любила
Скоротала в пару лет школу и я новый лидер
Из 20 человек с чем-то студентов университета
МосГу в 10 минутах от Выхино

Скач часть вторая

Оу Оу Оу
Разновидностей этой игры летающий мой диск
Это не летающий объект да и весь микрорайон
В центре страны Подбоченясь и Пайзер или Позер
Найзер или Нойз Мс
Две столицы и снова х отдел за 2006 год
СЕО- это слишком эпатажное отключение машин
Когда электронные черви в мировой экономики
Я не кибер робот….с затратами
Спой а то моя массовая аудитория Наташа кратия
Жадно
после миром правит Ципи и х-ального слова сеть.

Цени качество часть третья

Net карты на инет
Объединяет х таких одиноких не в сети
Которые с 2003 года хранят свой школьный аттестат
Был создан наращиванием клеток в голове
С объемом жижи в стакане в домашних условиях
Хотя методики нет но выпускной
Я посетила
Будущее это реклама
МЕ-О (Мио) МЕ-О (Мио) МЕ-О (Мио)

Антивирус часть четвертая
Система аудиоверсия
Ввв нойз мс
Для публичного прослушивания
За забор с кукурузой
Дискотека и в 1985 была
Год новым в пролете и фрисби
Огромного бизнеса SEO – саммита учебы
Даже в 25 лет – хорошие люди
Борются и лидируют на рынке
Нойзогильдия с 60 часовым рэпообучением
Icq 1000 per clic по х часов
Выходит многовато
Мой ПК имеет успех
Запахло паленым утром в сети буду
Кстати….

(5)5 апреля 2011г
ИВаня

зарядка для ног во время тела горячий максимум
пот посажен пленом добавь еще количество себя
для передачи денег единиц товара паленого которого
вообще в избытке сама для него как режиссер без
картины и как бы дожить от исхода до прихода лета
слава дойди до мозга мирового вождя под кайфом весны
тупое мокрое полено горячей железной палкой позволь пожить
налево для вас всех мой район зарядка мужского эго от
тела искусно пахнущего теплой росой шелестом
трубки травы когда душа по натуре слабак - силач или
на выбор почерк не разборчив а мне бы
в небо все туда же без ошибок за билет на куплен с потрохами
искусно пахнущей теплотой росы и шелестом травы
когда мне было плохо в отделе связи с внешним миром
и криво улыбаясь в бреду розового дыма от спирта нагретые
и потные лежали свистом или нагие и безголовые
кровные свои потратил на себя когда случайно касаясь
палкой вместо приветствия за слова прийти в мой район
и такая зарядка каждый день но уже не становится странно
смотреть на других которые не продаются налево
во время пока шнурки в стакане это мило лежать и
улыбаться на диване стреляя глазами за забором мотора
клавиатуры пока придурковатая сила дремлет добро пожаловать на фешн шоу мерцающего монитора нового но верного отбора в жизнь.
wink


Сообщение отредактировал Tasha - Среда, 29.02.2012, 15:14
 
yorgasДата: Четверг, 01.03.2012, 14:51 | Сообщение # 36
Рядовой
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник № 36

* * *

В сонно-пасмурном весны коконе
Грязно-серые сугробы дразнятся,
Наши образы кем-то скомканы,
С непогодою слова вяжутся.

На полу видны счастья трещины,
Одиночества шаги слышатся,
На моих руках пальцы скрещены,
Безнадегою тяжко дышится.

Веткой тополя ветер бьёт в стекло,
Обнажённое сердце мается,
Сжалось всё внутри в тесное кольцо,
А снежинки будто скалятся.

===

В пламенном танго

Ну, что же ликуй, мой истинный Демон,
Победу ты смог надо мной одержать,
Яд огненной страсти впустил в мои вены,
Я жертвою пала, почувствовав власть!

Я в бездну очей ушла без остатка,
Твой голос таинственный что-то шептал,
Нам в пламенном танго двоим было жарко,
Ты с каждой секундою ритм ускорял.

Искусством квадрата прекрасно владея,
Коварные сети свои расставлял,
И также умело ты ввёл в заблужденье,
Обрушив на сердце безудержный шквал.

Ну, что же ликуй, мой истинный Демон,
Победу ты смог надо мной одержать,
Яд огненной страсти впустил в мои вены,
Я жертвою пала, почувствовав власть!

===

* * *

Так раздражают
Просьбы звонить иногда -
А ведь любила!

Тоннами снега
Время тропинки к тебе
Запорошило.

Прошлое наше мазну
Йодом заката.

Я обещала себе
Не возвращаться.

===

* * *

Лютой порою
Северный ветер разлук
Сердце остудит,

Птицею счастья
Ложный проложен маршрут -
Что с нами будет?

Знаю, любовь не вернуть -

Всем улыбаюсь!

Только себя обмануть
Я не пытаюсь!

===

Звёздная карта любви

По тёмненьким точкам созвездий на теле
Я контур рисую, изгибы дразня,
Невольно касаясь ближайших соседей,
Я полностью в них погружаю себя.

Исследуя тайны, дарю наслажденье -
Душа твоя - космос, а я - звездолёт,
И я в предвкушении жду приглашенья
В межгалактический любви космопорт!


Сообщение отредактировал yorgas - Четверг, 01.03.2012, 15:11
 
DolgovДата: Пятница, 02.03.2012, 17:38 | Сообщение # 37
Генерал-майор
Группа: Администраторы
Сообщений: 266
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник № 37

Зачин
(из поэмы «Каяла» – вольного переложения «Слова о полку Игореве»)

Братья! Не благом ли будет для нас
Песней начать, как в преданье старинном,
Трудную повесть, тяжёлый рассказ,
Быль о походе князей самочинном?

…Тех, кто хотели в недолгом бою
Славу добыть как награду свою;

Храбро сражаясь за землю родную
Ратную силу рассеять степную;

Русь удивляя победой нежданной
Снова возвыситься славою бранной.

Старший над ними, душою – орёл! –
Войско на половцев Игорь повёл –

Игорь, князь Северский, сын Святослава,
Отчего края надежда и слава;

Князя Олега воинственный внук,
Не выпускавший удачу из рук.

*****
Вспомним, как в минувшие года
Расцветала Русь, другим на диво.
Первые сказители тогда
О грядущем пели прозорливо.

И Боян, коль захотел кому
Песнь сложить, умом блистая смело,
То, призванью верен своему,
Начинал задуманное дело:

Сказывал дружинам и полкам
Следуя старинному напеву.
И сама летела к облакам
Мысль его, ветвясь, подобно древу;

Мчалась серым волком по земле,
Реяла орлом под небом синим;
Словно луч зари в угрюмой мгле,
Русичам отраду приносила.

Сказывал о том, что помнит он
Прошлых лет походы и победы.
Соколов пускал со всех сторон
Миг удачи, вкус борьбы изведать:

Десять поднимал, как чародей,
В небеса – догнать чужую птицу;
На шипящих злобно лебедей,
Что летят на русскую границу.

Уносились соколы вперёд:
Взмах крыла – и в бездне голубой;
Каждый, коль пришёл его черёд,
Сходу принимал неравный бой.
И лишь сокол смелый настигал –
Лебедей воинственная стая
Разбивалась, как волна у скал,
Пела песню, крыльями плеская:

Рассыпалась похвалой
громкой
Мудрому былому Ярославу;
Отголосками молвы
звонкой
Воздавала храброму Мстиславу

Почести за трудный, долгий бой;
Мужество, ведущее к победе.
В поединке том, храним судьбой,
Князь ни в чём не уступил Редеде.

Но, сражён Мстиславом, весь в крови,
Сам Редедя – грозный вождь касогов –
Потерял владения свои
У Кавказа северных отрогов.

Не помог к боям готовый полк –
Не успел на Русь начать похода.
Хоть и знал Редедя в силе толк,
Был повержен пред лицом народа.

…Яростью полна лебяжья стая
Проплывая в синей вышине;
О победе русской вспоминая
В той, давно оконченной, войне.

И о том, как пал на поле брани,
Кровью изойдя от многих ран,
Но не сдал своей Тмутаракани
Гордый князь, краса Руси, – Роман.

…То не десять соколов отважно
Настигали стаю лебедей,
И кричали лебеди протяжно,
О кровавых битвах прежних дней,

А дрожали струны, грянув дружно,
Если их перебирал Боян:
То едва звучали там, где нужно,
То звенели в память о боях.

Начинала петь струна тугая –
Живо, лишь касались пальцы рук
И скользили, сверху налегая, –
Дивно извлекая каждый звук.

И рождалась, братья, песнь такая:
Всё сбылось, о чём мечталось в ней.
О князьях могучих вспоминая
Становились мы ещё сильней.

И казалось: в рокоте напевном
Гордо говорила наша честь –
Грозная, как гром на небе гневном,
На врага обрушивала месть.

Но пришли иные времена:
Солнце нашей славы потускнело…
Ныне покорится ли струна,
Поведёт рассказ, как было дело?

Лейся же, как велено судьбой,
Быль суровую поведай без обмана
Песня, что сильна сама собой,
Забывая замыслы Бояна!

Боян
(из поэмы «Каяла» – вольного переложения «Слова о полку Игореве»)

О, Боян! Ты пел как соловей
Времена иные вспоминая.
Ныне песнь затеял бы скорей
О походах Северского края;

В наше время прежним соловьём
По ветвям высоких мыслей древа
В каждом размышлении своём
Промелькнул, меняя звук напева

Мысленно под облаком летел
Над Триглава древнею тропою;
Горы и равнины, горд и смел,
Удивляя силою такою,

Чтобы просиял, суров и строг,
Наш Триглав ¬– былого счастья бог.

Возвышая подвиг всех времён –
Нынешних и тех, первоначальных, –
Пусть звучит, тобой, Боян, взметён,
Песен гром среди полей печальных!

Игорю запел бы самому
Как того Триглава-бога внуку,
Прогоняя всех сомнений тьму,
Светлому грядущему в поруку:

«То не буря, воя в небесах,
Разметала соколов твоих;
Занесла их на своих ветрах
В ширь полей и бросила одних.

Галки голосят среди степей;
Все в тревоге, подняли трезвон;
Стаями-стадами, зверя злей,
Полетели на великий Дон.

Стаями помчалась злая птица –
Хочет с русским соколом сразиться.»

Или песне дал зачин другой
Ты, Боян, внук Велеса пригожий:
«За рекой рубежною, Сулой,
Даль видна, покуда день погожий.

Кони половецкие в полях,
Сытые, давно готовы к бою,
То лежат лениво в ковылях,
То пасутся тёмною толпою

Или с громким ржанием к реке,
С ветром споря, скачут налегке.

Но не взять им Киев на испуг,
Не посеять глупую тревогу,
Если русичи встают – за друга друг,
Всюду поспешая на подмогу.

В Новгороде-Северском – трубят,
И в Путивле поднимают стяги.
Тужит враг, бессильно пряча взгляд,
Перед Русью, полною отваги!

И грохочет громами вдали
Слава нашей Северской земли!»



Плач Ярославны
(из поэмы «Каяла» – вольного переложения «Слова о полку Игореве)

Слышен голос даже на Дунае –
До окраин, горечи полны,
Не кукушки всхлипы долетают –
Ярославны, Игоря жены.

В первый день печального похода,
В тяготах разлуки и тревог,
Вглядываясь в сумрак небосвода
И немую даль земных дорог,

Рано утром одинокой птицей,
Руки, словно крылья, распластав,
Причитает зорям-багряницам,
Причитает с болью на устах:

« С вольным ветром по речным долинам,
В тишину недобрую полей
Полечу в тоске неодолимой
Горьким плачем верности моей.

Стонами кукушки неприметной
Проберусь туда издалека,
Где в кровавой дымке предрассветной
Засверкала грозная река.

А, потом, над ней, Каялой тёмной,
Промелькну, хранимая судьбой;
Не крылом коснусь волны бессонной –
Белым шёлком с нитью золотой;

Белым шёлком на моей одежде,
На её крылатых рукавах.
Безоглядно верная надежде,
Поспешу, превозмогая страх.

И, когда увижу поле брани,
Буйных трав растерзанную гладь,
Голос мой, рыдая, не устанет
Князя дорогого окликать.

Там, в поток невзгод бросаясь смело,
Одиноких дум сорву печать;
Милого израненное тело
Стану, как умею, врачевать:

Белым шёлком, смоченным водою,
Кровь на ранах мужу оботру,
И дыханье смерти роковое,
Словно призрак, сгинет на ветру…»

Разгорелась битва утром рано –
На Дону мечи обнажены.
А в Путивле плачет Ярославна,
Причитает с крепостной стены:

«Ветер, ветер! Что ты поневоле
Налетаешь, преграждая путь?
К дальним грозам отметая горе,
Ласково ладьи качая в море,
Мало в синеве свободно дуть?

Как на крыльях, мчишь под небесами,
Бьёшься против мужа моего:
Всё быстрее гонишь над полями
Тучи стрел на воинов его!

Что ты, повелитель, как в ненастье
Кружишь вихри?
И всё круче бой!
…И моя мечта о тихом счастье
В ковылях развеяна тобой…»

На второй день битвы, ранним утром,
Над Путивлем, с крепостной стены,
Голос Ярославны – просит будто:
«Днепр Славутич! Силою полны

Пенятся твои живые воды,
Прорезая даже камень гор,
В том краю, где волею природы
Диких трав раскинулся простор,

А земля – под властью половецкой.
Ты, всегда бесстрашен и могуч,
В дальний путь с дружиной молодецкой
Уносился от высоких круч

Киева, князей великих града,
И, ладьи качая на волне,
Святослава, мужниного брата,
Вёл к вершинам славы на войне.

Увлекал вперёд над бездной мрака,
Через тьму препятствий и невзгод
До становищ грозного Кобяка,
Хана половецкого. И вот

Вмиг волною княжеских клинков
Разметало войско степняков.

Так верни с победой, господин мой,
Мужа на сверкающей волне,
Чтобы, как и прежде, быть любимой,
Будущему радоваться мне;

Чтобы не вставала утром рано,
Не лила потоки горьких слёз;
Чтобы ты под пологом тумана
Все печали за море унёс!»

Третий день грохочет бой неравный
На степной далёкой стороне,
А в Путивле голос Ярославны
Слышен ранним утром на стене:

«Свет мой, Солнце Ясное! Ты трижды
На заре вставало над землёй;
Простирая в сумрак луч надежды
Обещало славу и покой.

Солнце полдня, солнце зорь закатных,
Солнце ранней утренней зари!
Проплывая в далях необъятных
Ласково на землю посмотри;

Приноси тепло и свет любому,
Согревая души красотой!
Так зачем сверкаешь по-иному –
Видно, подменённое судьбой!

Что, владыко, жгучими лучами
Настигаешь храбрые полки;
Тяжкий зной колеблешь над полями,
Точно волны призрачной реки?

Жажда, посильнее вражьей сабли,
Так и ходит всюду по пятам
В тех полях, где нет воды ни капли,
Где любимый с воинами –
Там

Гневом распалила степь глухую…
Русичам сжимая луки,
Ты
Тетиву расслабило тугую –
Стрелам нет ни сил, ни высоты;

Русичам усталым ты всё чаще
Кожаный колчан полупустой,
Стрелы прогибая в нём, скрипящем,
Накрываешь гибельной тоской…»

*****
Нет, не спорить людям с небесами,
Коль друг с другом справиться невмочь!
Заходило страшными волнами
Море смерти в грозовую ночь:

Паруса круша, живое раня,
Смерчем завилась ночная жуть!
Молний в небесах рвануло пламя –
Словно Бог всевидящий перстами
Игорю указывает путь

Из пучины бед – к степному долу,
И в раздолье русской стороны;
К золотому отчему престолу
Да в объятья верные жены!


Рождение богатыря
(переложение былины)

Ой, не туча грозовая
Заслонила неба высь,
И не ветры, завывая,
Над полями поднялись!

Но из тех полей далёких,
Из раздолий из широких

Всех, кто слышит, окликая,
Весть нахлынула такая,

Что коварный род змеиный
Вновь добычу подыскал;
Что поднялся рёв звериный,
Свирепел клыков оскал.

И щенки, и зверь матёрый,
Всякая иная тварь
Собраны на приступ скорый,
А над ними встал главарь

Вслед ему из каждой пасти
Вырвался противный вой.
Бурой ли, буланой масти
Стаи двинулись толпой

Не гладка, и не мохната
Шерсть на диком звере том –
Сталью острого булата
Блещет словно серебром,
Иль кровавой позолотой,
Или холодом лучей,
Что мелькают за работой
Рассекающих мечей.

Не шерстинки, а жемчужины –
Так вовсю сверкает сталь.
А потом, как с целой дюжины,
Шерсть сошла – ему не жаль!

Стала зверя ошалелого
Морда – остроё копьё,
Уши – стрелы войска смелого.
Рвёт преграды как тряпьё!

А глаза – как звёзды ясные
Так и светятся в ночи;
Супротивникам опасные
Всё-то видят – хоть кричи!

…Вот к реке, Днепру могучему,
Зверь тот быстро добежал
Ухмыльнулся солнцу жгучему,
От пролитой крови ал

Жертв, безжалостно замученных
И повергнутых во прах,
Вероломной силой скрученных,
Всякому внушая страх.

Встал, как пёс, на лапы задние;
По-медвежьи заревел.
И, почуяв дни остатние,
Соловьём свистать умел.

Да сгибая шею длинную
Зашипел он как змея
Песню спел не лебединую,
А чтоб вздрогнула земля:

Воровскую, подколодную
Песню подлую свою,
Только смерти и пригодную,
Падали да воронью.

Знали чтоб все до единого
Грабежей и зверства рать.
От шипения змеиного
Травы стали завядать –

Сникли вдруг в полях нехоженых,
А ведь были зелены!
Под пятой гостей непрошеных
Полегли во дни войны.

И от свиста соловьиного
В тёмных чащах по лесам
Нет ни писка комариного,
Воли птичьим голосам.

Рощи и боры высокие
Все склонились до земли,
А в земле сырой глубокие
Корни гнулись, как могли.

Вмиг от рёва от звериного
По Днепру пошла волна;
Берега достигла мирного
И угрюма, и сильна;

Стала вровень с каждой кручею –
И, осыпавшись, пески,
Понеслись с волной кипучею
Жёлтой пеной вдоль реки.

По лугам зелёным шалая
Разливалася вода.
Тяга с гор крутых немалая
Повалилася тогда:

Пали в реку камни крупные,
Покатилися по дну,
Раз уж горы склоны неприступные
Не смогли сдержать волну.

И, меж берегов поверженных,
Камня мелкого поток
Нёсся как толпа рассерженных –
И безумен, и жесток.

Знать, невзгоду небывалую
И великую беду,
Силу супротив немалую,
Что сметает на ходу,

Вдруг почуял зверь незнаемый,
Лютый зверь земли чужой,
Коль над ним, недосягаемый,
Светит месяц молодой.

В дальних небесах рождённый
Светел месяц и могуч;
Шлёт лучи, непокорённый,
Пробивая толщу туч.

И тогда ж, где лес дремучий,
Где далёкий монастырь
На земле рождён могучий
Святорусский богатырь.
 
stogarovДата: Суббота, 03.03.2012, 10:25 | Сообщение # 38
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Возможно, текст участника номер 37 следует переместить в раздел "ПЕРЕВОДЫ ПОЭЗИИ".
Стоит обсудить.
Также объем этого текста превышает 300 строк.
 
stogarovДата: Суббота, 03.03.2012, 10:27 | Сообщение # 39
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 38

***

Эта одинокая река
Ни во что не ставит берега.
По весне ударится в разлив,
Лето – сохнет, мели оголив.

Средь суровой северной зимы,
Когда в ямы прячутся сомы,
Выползала темная вода
На простор заснеженного льда.

И никто не мог уверен быть,
Где в ней мера и откуда прыть.
Видел я ее издалека.
Так себе, обычная река…


***

Листопад – слова на ветер,
Не поймешь – не повторят.
Лишь калитка скрипом петель
Ветру вторит все подряд.

Если в дом никто не ходит,
Он один ее поймет.
Он один ее заводит –
То отпустит, то прижмет…

***
За долгую снежную зиму
Три дворника в нашем дворе
Сорвали лопатами спину.
Последний пропал в январе.

Повсюду глубокие тропы,
И двор наш заснежено-тих.
И кажется: это – окопы,
И дворники заняли их.

* * *

Редкий случай – слушать дождь
В деревенском доме,
По дорогам не пройдёшь,
Телевизор сломан.

Как зарядит дня на три
В стёкла и по крыше,
От зари и до зари
Только он и слышен.


* * *

Когда ещё по Волге пароходы
Колёсные ходили – шлёп да шлёп,
И расклешённые штаны последней моды
Мели суглинок юрьевецких троп,

Когда на танцах пели под гитары,
И пары танцевали под оркестр,
Работали приёмы стеклотары,
И тут, и там полно укромных мест
Распить ноль семь, и фабрика гудела
На Первомай, – нарядные, с детьми
Спешили семьи к проходной, и пела
Людмила Зыкина в динамиках с семи:

«Издалека долго
Течёт река Волга,
А мне – семнадцать лет…»

Уже тогда с ухмылкой туповатой
Я понимал – всё кончится когда-то.
Всё кончилось, и высохло весло.
И всем сполна – по первое число.
 
stogarovДата: Суббота, 03.03.2012, 10:29 | Сообщение # 40
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 39

***

Ветхое окно дышит сипло,
Пропуская небольшие порции
Зимнего света.
Красные яблоки с конопатой сыпью -
Будто фотографии солнца,
Оставшиеся на память о лете.


***


День в окошке сутулится и дрожит,
Как кошмарный сон сбылась погода на завтра.
В городе третью неделю идут дожди,
Будто скучный фильм в старом кинотеатре.

А вчера вороны каркали до темна,
Ночью соседа напротив забрали в больницу.
Жизнь ютится в пригоршни зерна,
Что насыпаю каждое утро птицам

***

Вот уже третью неделю ты мне не пишешь,
Ни на и-мейл, ни в аську, ни смски.
«Тут я прочел в одной интересной книжке…»
Или: «Как же жить на свете все-таки мерзко»

Я все равно и так про тебя все знаю:
Там у тебя в горах звезды как по струнке
Ходят по горизонту, закат как знамя,
Развевается в небе, солнце прячется в лунку

Горных хребтов. Волки воют в своих пещерах.
Или это собаки сбиваются в стаи.
Ночь не вмещаясь снаружи, все лезет в щели
Деревянных скрипучих дверей и ставень.

***

Когда она звонила ему рассказать, как чудесно прошла экскурсия,
Она была уже мертва. Он не верил своим ушам, ведь был в курсе,
Что российские туристы утонули в Адриатике во время прогулки
На лайнере «Котор». Какие-то проблемы с мотором из-за фальшивой втулки.
Ее фамилия в списках погибших. А она ему говорит: «А дальше, ты только послушай,
Нас высадили на райском берегу…» В аэропорту она выглядела отдохнувшей.
И они продолжили жить как прежде. Он дарит ей цветы, варит по утрам кофе
По какому-то особому рецепту, он в этом деле профи.
По выходным водит в кино, на прогулки в сосновый бор.
В кафе официантка удивляется его просьбе принести второй прибор.
Он смеется, говорит об издержках профессии, она, рассматривая ее нарочито строго:
«Нет, проблемы в личной жизни, посмотри, какие у нее кривые ноги».
Иногда они сидят на веранде своего домика, за бокалом вина
Рассуждают о смысле жизни, поэзии, о вещих снах.
«Бывают такие слова, которые чувствуешь наощупь, ощущаешь их вкус на языке,
Будто тебя захлестывают волны моря или подхватывает течение горной реки,
А бывает слово острое, как стрела…»
И после паузы: «Ты знаешь, мне иногда кажется, что я уже умерла».
Улыбается, думает, надо об этом написать стих.

***

За свою работу в театре ты получаешь жалкие центы,
Но все равно вот уже больше 2000 лет выходишь на сцену,
Она для тебя - соединяющая с миром плацента.

Изо всех сил изображаешь святого мученика,
Надеваешь пластмассовый венок, будто он колючий,
Очень стараешься, хочешь сыграть лучше.

Когда в миллионный раз тебя предает Иуда
Тебе уже смешно, но ты держишься, словно Будда
Невозмутим. А уже за кулисами кричишь на него «иуууда».

Бросаешься с кулаками, картавишь, передразнивая - «распни».
Потом вместе идете в кабак, заказываете какое-нибудь Апсны.
Ты объясняешь ему, как такое возможно - что и отец, и сын,

И святой дух в одном лице. И покуда
Ты говоришь, лицо твое меняется со скоростью 24 улыбки в секунду.
Вам приносят еще вина, на этот раз бургундского.

Так ты будешь играть свою роль до тех пор, опять и опять,
Пока не убедишь зрителей, что тебя невозможно распять.
Пока не придумаешь слово, которым нечего будет назвать.
 
stogarovДата: Суббота, 03.03.2012, 10:49 | Сообщение # 41
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 40


***


Молитесь за неё, она любила.
Она ждала Вас каждый день с утра.
Какая-то неведомая сила
Творила с нею добрые дела.

Пишите ей – она Вам не ответит,
Она ушла не погасивши свет.
И ваше безразличие не заметит,
Ей нужен положительный ответ.

Звоните ей, дышите чаще в трубку,
Ломайте от волнения слова.
Любовь её не равносильна кубку,
Который получили Вы сперва.

Счастливец Вы, Вас ею наградили,
А Вы её на полку, как медаль.
Все часто выбирают: или-или…
Не попадая в цель, а это жаль.

Гамма ми-мажор

Выпей руки и высуши губы
И запястья с силой сожми.
А на венах – свежие срубы,
Я достала до верхней «МИ»

Пахнут волосы мякотью вишни,
Не о чем не кричат слова.
Избегать меня было лишним:
Я достала до верхней «ФА»

Растворяюсь в твоем дыханье,
Быть собой хоть чуть-чуть позволь.
Я девчонка со взглядом пираньи,
Я достала до верхней «СОЛЬ»

Где-то соком березы плачут
И играют в снежки тополя.
Что прошло – ничего не значит,
Я достала до верхней «ЛЯ»

Я опять в никуда исчезаю.
Механизм плавно вывел шасси,
Ты все знаешь и я все знаю,
Я достала до верхней «СИ» .

И ты молча меня провожаешь,
Подаешь мне устало пальто.
Нежно в губы меня ты жалишь,
Я достала до верхней «ДО»

Кисти рук – виноградные гроздья
И мы в этой счастливой поре
Забиваем друг в друга гвозди:
Я достала до верхней «РЕ»

Выпей руки и высуши губы
И запястья с силой сожми.
А на венах – свежие срубы,
Я достала до верхней «МИ»


***


Я подошел к этой девочке с бантом,
Мне уходить не хотелось.
Я пил "Балтику", она - "Фанту",
А планета вертелась...

Я говорил этой девушке тихо,
Чтобы ко мне пригляделась,
Но мне она отвечала так лихо,
Что планета вертелась....

Если б вы знали, какою ценою
Я поплатился за смелость,
Но эта женщина будет со мною,
Чтобы планета вертелась...

Погода: влажно. Иду: вальяжно.
Корабль бумажный на красный свет.
И если важно -могу отважно
Из вашей песни пропеть куплет.

Москва: прохладно. Проводишь, ладно?
И в безотрадном надежда есть…
Пример: наглядно, чтоб неповадно,
И если выбор – то лучше лесть.

Погода: сухо. Бульвар. Старуха.
Проблем со слухом не избежать…
Теряем друга, какая муха
Вас укусила сегодня в пять?

Казалась лишним борьба с всевышним,
Хотелось вишни и тишины.
Твоё затишье – моё бесстишье…
Возьмешь дублершей на роль жены?

***

В тени под деревом
Была расстелена
Моя история твоей любви.

И если верю я
Моё доверие
Своим старанием не надорви.

И если плачу я –
То я горячая,
Словами льдинами не охлади.

Словам не веришь ты,
Но до моей мечты
С твоим желанием мне по пути.

За светофорами,
За переборами
Чужими пальцами гитарных струн

Опять не спрячешься
И не расплатишься
Чужими пяльцами распятых лун.

Твоя любимая,
Давай, люби меня!
Ты меня выменял на конфетти…

Я с фейерверками
Хлопаю дверками,
А про себя молю: «Не уходи!»

Мы дышим порохом,
За каждым шорохом
Живет довольная любви искра.

А мы целуемся,
Мы соревнуемся,
Кто из нас выдержит всё до утра…
 
41йДата: Суббота, 03.03.2012, 18:30 | Сообщение # 42
Рядовой
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 41

Ад

А, если есть Бог, то значит есть рай
В него попадут все святые.
Но, если есть черт, то значит есть ад,
Там будут святые иные.

И если ты верил в святой идеал,
И спину поклонами гнул,
На ада пороге ты скажешь:'Не знал'
Не пустит тебя Вельзевул.

Ведь ад- это рай и услада для тех,
Кто жизнь не отдал шарлатанам.
В аду им наградою слава, успех,
Наркотики, вина, путаны.

Здесь ждет Люцифер и король Велиал
И с этим вы больше не спорте,
Что, если сюда негодяем попал,
То будешь в огромном почёте.

Не станет же чёрт брата чёрта пытать.
Он просто объятья раскроет,
Расширится больше нечистая рать,
Которую демоны строят.

И в этом аду подлецы победят
И всё, что не сделали смогут.
Для них факелАми распятья горят,
Ваал освещает дорогу.

Сторонников встретит любезный Харон.
Кисельными водами Стикс
И манною кормят с обоих сторон
Убийства, насилия, риск.

Всех в Лимбе фильтрует Минос судья,
И души идут по этапу.
Кого-то пропустит, кому-то нельзя,
Но с каждого требует плату.

И движутся судьбы к поступков весам,
Давай поскорей выбирай,
Все те, кто грешил пойдут по кругам,
А сонм остальных в тусклый рай.

Девять ада кругов, похоть, как водопад,
Ураганом страстей и разврата.
Во втором ты найдешь свой Эдемов сад,
Будет ждать там тебя Клеопатра.

В третьем круге столы, пищи дивной полны,
Тамадою пёс Цербер гуманный.
Будет вечным банкет в честь рабов Сатаны,
Пусть обжорами станут гурманы.

Скупость, жадности зной, золотою горой
Утолит Плутос бог всех банкиров.
И доволен судьбой, обретёшь свой покой
В казначейских хранилищах мира.

Ну, а в городе Дит снова Фюрер кричит.
Знать в почёте у них бесноватый,
Минотавру он друг, снова миру грозит,
Маршируют с хвостами солдаты.

Там в эссовских касках черти стоят,
В путь к евреям опять с холокостом,
Будет свастикой башен Кремлёвских наряд,
От арийцев к арийцам вопросом.

Гнев, уныние прочь, смогут грешным помочь,
Им устроив о Боге дебаты.
Сквернословят и лгут, в аду грязи приют
И не ждут никакой здесь расплаты.

И когда Горбачёв к Люциферу на зов,
Нет, не бойтесь, конечно достоин.
Ведь такой пустослов найдет место без слов,
Будет выбором очень доволен.

Ледяной мир Коцит, льдами тёмными крут.
Отдыхают злодеи в нирване.
Здесь Иуда и Брут, злу оссану поют,
Грех предательства душами правит.

Затаившийся зверь, копит мощь Люцифер,
Торопя всех к нему собираться.
И чистилища дверь в прах сотрёт, как барьер,
В рай ворвётся с творцом поквитаться.

И вливается желчь, страх не ведая, в ад,
Под сапог подминая просфору,
Мир губя и толкая в безумия мрак,
Превращая в Содом и Гоморру.

Так, давайте же встанем все у зла на пути
И карая преступников строго,
Все круги воспитания должны мы пройти,
Чтобы в ад позабыли дорогу.

Пес

Пшеничный пес
Полюбил овес.
Ночью светлой,при полной луне
Он в поля убегал
И росу целовал,
Забывая о прожитом дне.

Одиноким был пес,
Цвет пшеничных волос.
Не имел в своей жизни друзей
И собачий оскал
В небесах их искал,
Находя среди звезд и теней.

Часто выл на луну,
Призывая к нему,
Вместе счастье в овсе разделить.
Но чудес в мире нет
И пшеничный рассвет
Снова звал в конуру уходить.

Добавлено (03.03.2012, 18:30)
---------------------------------------------
Участник номер 41

Форт

Над рекою форт стоит
Ночью в час прилива,
Что-то шепчет, говорит
О судьбе тоскливо.

Я не раз ему внимал
Под луною полной.
И бывало замечал
Дней прошедших волны.

Из тумана легкий бриз,
Роджер выплывает.
Блик мечты, слепой каприз
Разум порождает.

И пойдут на абордаж
Призраки из пены,
То поэт, поймав кураж,
Гонит их на стены.

Может приступом возьмут,
Только не осадой.
Волн разбившихся салют
Будет им наградой.

Пушки в бойницах-отпор
Всем исчадьям мира.
Темных лиц туманный взор-
Тени канониры.

Отстоят еще и ночь,
Сотни лет стояли.
На заре все сгинет прочь,
Место дав печали.

Над рекою форт стоит,
Днем такой же мрачный.
Что-то шепчет, говорит
И наверно плачет.

Он не нужен, лишь музей.
Нет назад возврата.
Приглашу-ка я друзей
Поиграть в пираты.

22

Cкажи, поэт, зачем средь бед
Свою утратил осторожность.
Мечты несбывшейся возможность
Прошедший твой тревожит след.

Но ты молчишь, не говоришь
И этим скуку лишь продлишь.
Ты одиночество вкушаешь и грезишь о былом,
Когда вы были лишь вдвоем,

Когда любви журчал родник
И в предвкушенье, каждый миг
Ловил тебе столь милый взор.
Она ушла, сейчас позор

Твое съедает самолюбье
И отрешенность точит зубья,
И пилит сердце пополам.
Нет уважения к словам,

Ты лишь не спишь, едва-едва,
А завтра стукнет двадцать два,
Потом и месяц не пройдет,
Она фату себе сошьет,

Жених оденет черный фрак
И назовут тебя, дурак.
И снова мрак в душе твоей,
Ты свет забыл любви огней.

Тревожен стал твой чистый взгляд,
Ты одиночеству лишь рад.

Уставшее тело я на ночь сниму

Уставшее тело я на ночь сниму.
Пускай средь перин отдохнет.
Сон двери откроет в манящую тьму,
В неведомый мир позовет.

Я каждую ночь в этом мире герой,
Иль судеб невольный творец.
Сизифом сижу под своею горой,
А рядом из шприцов венец.

Великий воитель, бродяга и мот,
Невинная жертва теракта.
А завтра я зритель, который лишь ждет
Чужого спектакля антракта.

Бывает, что страхом накроет весь в мир
И ужасом стон захлебнется.
На бойне скота козлоногий сатир
В последней агонии бьется.

Случалось в томленье блондинку прижав,
Стремишься на встречу оргазму,
У нового сна мудрость жизни украв,
Склоняешься в мыслях к маразму.

Я падшей девицей к распятью прильну,
Трибуну протру депутатом,
Потом в лепрозорий, познавший чуму,
Во вшивом окопе солдатом.

Скупец и транжира, мессир и палач,
Статистом в немых кинолентах.
И хохотом станет в истерике плач
В непрожитых жизнью фрагментах.

Снов многих не помню и это не зря,
Не все еще здесь в моей воле.
Пусть крик петухов, ярким светом заря
Спасают рассудок от боли.

Я тело одену, я вновь пациент.
Не быть моим венам в накладе,
ГалОперидолом грозит мне рецепт
И связаны руки сзади.

А может быть, это опять только сон?
Скорей, кто-нибудь, пусть разбудят.
Но слышится звоном итог похорон:
"Пусть пухом земля ему будет."

Я каждую ночь в этом мире герой,
Иль просто невольный творец.
Сизифом сижу под своею горой,
Сплетая терновый венец.


Сообщение отредактировал 41й - Суббота, 03.03.2012, 18:31
 
DolgovДата: Воскресенье, 04.03.2012, 16:55 | Сообщение # 43
Генерал-майор
Группа: Администраторы
Сообщений: 266
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник № 42

Ветер

Знаешь, я видела ветер,
Смотрела ему в глаза,
Знаешь, он мне не ответил,
Немедленно спрятал взгляд.

Обнял меня за плечи,
И по губам – босиком,
Будто бы мной незамеченный,
Свернулся в горле комком.

Думаешь, это злой ветер,
Что называется Шквал?
Нет, он был интеллигентен,
Как бесприютный шакал.

Думаешь, он был пьяным?
Нет! Он был трезв, как матрос…
Вздохом строптивым и рьяным
Он мое сердце унес.

Думаешь, он неверный?
Нет, он предан, как кот…
Он прилетает, наверное,
Ко мне по три раза в год.

Он обнимает за плечи,
Он закрывает глаза,
Мой и чужой навечно,
И долгождан, и незван.

Знаешь, я видела ветер…
Тот, твой знакомый, мой друг, -
Будто меня не заметил,
Но очертил за мной круг.
( 16 декабря 2011)

***
Простите, от чистого сердца
Прощения вашего жду.
Иначе мне некуда деться,
Иначе с тоски я умру.

Бывала я несправедлива,
Но честное слово, не зла,
Бывала капризна, строптива,
И часто совсем не права.

В пылу иногда обижала,
Прошу вас: забудьте! И пусть
Обиды я вашей не знала -
За вас по сей день я молюсь.

Простите! Я знаю, что сложно,
Простите! Ведь я человек…
Простите! Ведь это возможно,
А я вас прощаю навек.
8 января 2012

***
На одиноком увале
Словно живая стоит
Милая девочка Валя,
Как огонечек горит.

Словно дружна она с жизнью,
И никого не винит,
В смерти великой отчизны.
Милая Валя стоит.

Годы безумно проходят,
В сердце не ветер, а шквал.
Да и не сложно бы вроде?
Сам бы ты так постоял!

Сколько в душонке тревожной
Горечи страшно-седой!
Очень будь с ней осторожен,
Ты не такой молодой.

В синем с цветочками платье,
Серо-седой воротник.
И этот образ из памяти,
Снова в глазенки проник.

Слезы стоят как стеклянные
И никуда не летят.
Ветер и тучи, как пьяные,
Топят душевных котят.

Как затвердели осколки,
Маленькой Вали души,
Ветер, проклятый и колкий,
Снова ее задушил.

И захлебнувшись в пылище,
Не закрывая глаза,
Он, обезумевший, свищет,
Он уже все рассказал.

Долго в промозглом тумане,
В тьме, непонятно-сырой,
Милая девочка Валя
Гибла такой молодой.
(ноябрь 2010)

***
Я устала писать при тяжелой свече,
Ждать устала чего-нибудь.
Отдохнуть бы чуть-чуть на твоем плече.
И дальше, и снова, и в путь.

Я устала смотреть, не моргая, вперед.
Если честно, устала жаловаться,
И душа меня за руку к тебе ведет,
И, наверное, просто. Балуется.

Я устала искать твоих глаз в толпе.
Узнавать твои жесты, нервничать.
Я устала хотеть не хотеть к тебе,
Я устала с собой секретничать.

Я устала тебя сквозь минуты ждать,
И бессонница крутится-вертится.
Я хочу просто так обнять. Обнять.
И когда-нибудь, может быть, встретиться.
(Декабрь 2011)

СВЯТАЯ РУСЬ.
Милая моя, хорошая,
Древняя, святая Русь...
Снегом, тучами заброшена,
Ты кричишь: "Я не боюсь!"
Не пугают лютые морозы
Страшный враг, и бед тяжелый груз,
Не сразят тираны злые грозами
Стойкую , живую, нашу Русь.
Плечи женские и хрупкие
Столько бед перенесли,
Столько туч тяжелых жуткими
Грудами на них легли.
Сколько пройдено усталою
Русскою босой ногой.
Это счастье запоздалое-
Ты вернулась вновь домой.
И усталыми ресницами
Ты ласкаешь воду-гладь
Или ждешь когда приснится
Будущая благодать?
Скоро, скоро, потерпи, родная,
От тяжелой ноши отдохнешь.
Тогда свет священный проливая,
Зарю за руку возьмешь.
Потерпи, немного нам осталось
Волю дай промокшему дождю,
Вскоре солнце снимет с плеч усталость,
Говоришь: " Я знаю, подожду."
А пока сплетай-ка в косы волос,
Будет нынче нелегко, боюсь
И опять священный слышу голос
Тихо шепчешь: "Верю, и смирюсь."
(Сентябрь 2009)
 
stogarovДата: Воскресенье, 04.03.2012, 17:05 | Сообщение # 44
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 43

* * *
Я продавщица роз, взгляни сюда, Гафиз,
Вот Азии твоей багровые закаты.
На улице мороз, снега голубоваты,
Всё небо — купорос, и воздух — антифриз.

Сквозь толстое стекло глазеют в райский сад
Семь—десять человек с трамвайной остановки.
Петрович чистит снег, недавно из столовки,
Покушал в кой-то век и принял пятьдесят.

Гафиз, у нас январь, я продавщица роз,
Колючие шипы мне занозили руки.
Я знаю, нет тоски, такой сердечной муки,
Чтоб жаловаться и воспринимать всерьёз.

Я серый соловей, укрывшийся в саду,
Среди пурпурных роз и пластиковых ведер.
На улице мороз, подует резкий ветер,
И быстрый пешеход скользит на синем льду.

* * *

Нужна довольно скудная палитра
Чтобы с натуры вам нарисовать
Весенний двор и магазин «Поллитра»,
Скамейку, выброшенную кровать.

На ржавой сетке прыгает высоко
В резиновых зелёных сапогах
Дочь дагестанца из Владивостока,
На тихоокеанских берегах

Рождённая. Унылая картина,
Ничто «прекрасным» здесь не назову,
Однако пятилетняя Мадина,
Взмывая кверху, грезит наяву.

Она летит дорогою Пророка,
Она обула пёстрый сапожок,
Под нею сопки Дальнего Востока,
Прыжок, прыжок... Ещё один прыжок!

Соседка возвращается с базара,
Читает «Комсомолку» инвалид,
Звенит в приёмном пункте стеклотара,
И всё... И сетка гнётся и скрипит.

* * *
Памяти моего мужа

Два «гусара», два «абрека», два весёлых человека
Два хороших человека — Магомед и Ибрагим.
Я вхожу, меня встречают, как же — помнят и скучают!
И гортанно восклицают: «Сколько лет и сколько зим!
Не охота ли обратно? Это было бы понятно!» —
«Да чего там, парни, ладно, померла, так померла!
В карты-нарды мы играем?» Уралмаш гудит над раем,
И белеет чашка с чаем на поверхности стола.
Над Чечнёю небо — сполох, воздух — хлор и туча — порох,
А над нашим Уралмашем — облака из молока.
Мы любили и дружили, жили-были — не дожили,
Хорошо, что не дожили до такого бардака.
«Ежли что не так, простите, ночевать к себе пустите,
Потому что мёртвым людям один хрен где ночевать».
Мне одной-то жизни мало, я вторую разменяла,
Третьей — словно не бывало, а четвёртой не бывать.

* * *

Я научилась просто, тихо пить —
Не всклянь, а ежедневно понемногу
И в слёзных письмах матушку просить,
Чтоб не ходила часто на дорогу,
Когда горит зелёная звезда,
Не знаю почему, в душе поэта
Рождается иллюзия тогда,
Что над дырявым тентом — море света,
И только не доходит он до нас...
Для лучшей цели Господин начальник
Его хранит. Я зажигаю газ.
Я ставлю чайник.

* * *

Этот город тяжелопромышленный,
Обожатель окраин своих,
Вдруг какой-то пейзажик немыслимый
Среди серых дворов городских.

На окраинах сосны да ржавые
Трубы всё, чёрт те что, гаражи.
Ты обижен своею державою?
Ни хрена, не скажи!

Я уеду к богатству от бедности,
Буду жить хорошо,
Вспоминая все эти окрестности,
Автопарк и ещё

Всё, что вредными вбито свекровями
И весёлой братвой,
Что прошло огневыми любовями
Над дурной головой.
 
stogarovДата: Воскресенье, 04.03.2012, 17:08 | Сообщение # 45
Подполковник
Группа: Администраторы
Сообщений: 212
Репутация: 0
Статус: Offline
Участник номер 44

***

Он торгует в антикварной лавке,
Он — старьевщик, он почти старик,
Мотыльком, дрожащим на булавке
Взгляд к стеклу витринному приник.
Меж пастушек с обнаженной ножкой
И почти ослепших образов
Лысый, старый, всклоченный, продрогший
жалкий, словно праведник Иов —
Лавочник... ведь вот чем отомстила.
Ангел мой, простишь ли мне потом,
Что подушкой впрок не удушила,
И не приложила топором.
"Что же делать если обманула..."
"Что ж звиняйте дядьку ..."Бог Вам по...
В спазме нарастающего гула
Прошмыгнешь, провалишься в метро.
Обреченно выйдешь у вокзала,
Где луны на рельсах бьется свет...
Я ж его еще поэтом знала —
Это был любимый мой
поэт.

***

Прозорливцу старцу
отцу Николаю, что
на острове Залитое
возле Псковско-Печорской
лавры


Остров Залитое залит по колено.
Мы к нему подходим по воде.
Желтая болезненная пена
В каменной полощется гряде.

Здесь река Великая теряет
Облик рек, известный испокон --
И сама себе напоминает
То ли море, то ли небосклон.

Рыбаки торгуют судаками,
Судна убаюканы волной,
И рассвет размытыми мазками
Всех рисует краской голубой.

Раз в седьмицу им привозят хлеба.
В остальном живут, кто чем богат,
Над землей качнулся свиток неба,
Словно занавеска Царских Врат.

Плача, видишь: женщины и дети
Семенят к церквушке через плес.
Синеглазый старец, ставя сети,
Выловит нас всех из моря слез.


* * *


А мама стирала мой белый платок,
Пока я спала, простудившись в дороге.
Заставили пить обжигающий грог,
Заставили парить с горчицею ноги.

Проснувшись, увижу старинный узор —
Платок мой — размером в оконную раму,
Сквозь зубчики виден заснеженный двор…
И слышно — сестра подошла к фортепьяно
И пела… (как жили мы порознь и врозь?)
И музыка эта меня не будила…
Знать, не было в жизни ни грязи, ни слез.
А если и были — все мама отмыла…


***


Так ты еще не понял, милый,
Что, потеряв мою любовь,
Ты потеряешь жизнь и силы,
Стихи и славу, кров и кровь?

Напрасно ты неосторожно
Меня втянул в свои пути –
Со мной остаться невозможно
И от меня нельзя уйти.

Герой, не ведающий страха!
Пастух, что сам себе закон!
Тур златорогий, это ж плаха –
Плох уязвленный скорпион.

А мы с тобой ужасно схожи –
Как день и ночь, сестра и брат.
И я была неосторожной.
Мне тоже нет пути назад.

***

Говорил: коли смерть разлучит нас, послушай, -
Лишь тогда я твоей удостоюсь любви.
Только там не нужна она – там одни души.
На погост не мотайся. А просто живи.

Все равно: либо я ничего не услышу.
Иль, услышав, рассорюсь с архангелом в дым.
И у звездного купола выломлю крышу.
Коль услышу, что я тобой снова любим.

Говорил он, а смерть у порога стояла.
Отвечала тогда я ему невпопад:
Да, поставлю-де крест и забуду, что знала...
Так что ты не дури – возвращайся назад.
 
Форум » Архив форумов » Архив номинаций » Номинация "ПОЭЗИЯ" сезон 2011-2012 гг. (размещайте тут стихотворения, выдвигаемые вами на премию)
Страница 3 из 6«123456»
Поиск: